Катя шла домой, не замечая ни людей вокруг, ни шума улицы. На душе было тяжело и пусто, словно что-то внутри надломилось. Сегодня Олег сказал, что скоро женится. А ведь ещё год назад он ухаживал за ней, звонил, писал… а потом внезапно остыл, будто её и не было в его жизни.
Она вошла в квартиру, сняла пальто и аккуратно повесила его на крючок.
— Ой, Катюша пришла! — мама вышла из кухни, вытирая руки. — Я ужин приготовила. Ты чего такая грустная?
— Олег женится, — спокойно ответила Катя, стараясь не показать чувств.
— Я же предупреждала, он ненадёжный, — тут же резко сказала мать. — Ему не ты нужна была, а твоя квартира. Запомни: кроме меня ты никому не нужна. Иди ужинать.
— Спасибо, не хочется. Я лучше полежу… устала.
Катя ушла в свою комнату. Мысль не отпускала: «Я никому не нужна». Сначала отец ушёл из семьи — потому что хотел сына, а не дочь. Потом подруги одна за другой исчезли из её жизни. А когда начали появляться парни, мама убеждала: им нужно только одно, а потом они её бросят. В итоге осталась только мама — единственный человек, который жалел, заботился… и держал рядом.
Так всё и шло, пока однажды ей не позвонил незнакомый мужчина.
— Катя, это твой отец. Нам нужно поговорить.
— Нам не о чем говорить. Ты нас бросил, — холодно ответила она и отключилась.
Но вскоре звонок повторился — уже с другого номера.
— Екатерина Витальевна, прошу, не кладите трубку. Я врач вашего отца. Он в больнице, состояние тяжёлое. Он очень хочет вас увидеть.
— Зачем вы врёте? Я знаю, что он здоров.
— Раньше — да. Сейчас всё иначе. Пожалуйста, приезжайте. Я пришлю адрес.
Два дня Катя металась, не зная, как поступить. Сказать матери она боялась — та ненавидела её отца, и любые разговоры о нём заканчивались скандалом.
Единственным человеком, кому она доверяла, была Полина — подруга со школы.
— Катя, съезди, — сказала та. — Посмотришь, что к чему. Может, он тебе что-то оставит.
— А маме что сказать?
— Скажи, что отправляют в командировку. На один день.
— Меня никогда не отправляли…
— Тогда скажи, что тебя хотят повысить, а для этого нужно съездить в Киев. Проверишь — и вернёшься.
— Наверное, так и сделаю…
Мама волновалась, но перспектива повышения убедила её отпустить дочь.
В клинике Катю ждали. Отец лежал в отдельной палате. Она сразу узнала его — слишком уж они были похожи.
— Катенька… — он улыбнулся.
— Я приехала. Что ты хотел?
— Поговорить… попросить прощения.
— Мне нечего тебе прощать. Ты сам нас оставил.
— Я не уходил. Меня вынудила твоя мать.
— Как это? — Катя недоверчиво посмотрела на него. — Если бы ты хотел, ты бы остался.
— Она пригрозила, что посадит меня за то, что я якобы тебя покалечил.
— Что?! — Катя ошарашенно посмотрела на него.
— Я тебя не трогал. Ты сама упала с горки. Сломала руку. У тебя же шрам остался?
Катя машинально провела рукой по предплечью. Шрам был.
— Ну и что?
— Я тогда сказал ей, что заберу тебя, раз она не следит. А она пригрозила заявлением в полицию. Я не мог рисковать.
— Я не верю… мама не такая.
— Ты просто её не знаешь. Она всегда думала о себе. Постоянно требовала деньги, угрожала. Я уехал, занялся бизнесом… и не смог вернуться.
Катя молчала, не зная, что думать.
— Зачем ты сейчас это говоришь?
— Я хочу оставить тебе всё своё имущество. Пусть прошлое не исправить, но я могу помочь тебе жить по-другому. Ты ведь живёшь с матерью… а тебе нужно строить свою жизнь.
— Не смей говорить о маме плохо! — резко ответила Катя.
— Она сделала тебя зависимой, — тихо сказал он. — Запреты, страхи… Катя, тебе нужно жить.
— Я всё равно никому не нужна…
Катя выбежала из палаты. Уже в коридоре она услышала:
— Мне нужна…
У лифта её встретил врач.
— Спасибо, что приехали. Ваш отец очень слаб.
— Что с ним?
— Почки. Он долго боролся, но болезнь сильнее.
— Он хотел… чтобы я стала донором? — с подозрением спросила Катя.
— Нет. Он запретил даже думать об этом. Сказал, что и так вам жизнь испортил.
Катя молча кивнула.
Домой она вернулась с тяжёлым сердцем. Мама встретила её ужином.
— Ну как дела?
— Ничего не понятно… за один день такие вещи не решаются.
— Ешь нормально, — наставительно сказала мать. — Еда должна быть домашней.
— Не хочется…
— Через силу ешь!
Катя послушно начала есть.
— Вот и молодец. У меня такая послушная дочка… все завидуют.
Слово «послушная» застряло у неё в горле.
— Мам, а откуда у меня этот шрам? — спросила она, показывая руку.
— Да ты маленькая была. С горки упала. Не забивай голову.
— Понятно…
На работе Катя неожиданно подошла к Олегу.
— Можно вопрос? Только честно.
— Давай.
— Почему ты перестал со мной встречаться?
Олег замялся.
— Ты хорошая, правда. Но… твоя мама. С ней невозможно. Она мне позвонила, такого наговорила… Я понял, что она тебя не отпустит. Ты живёшь не своей жизнью, а её.
— Спасибо, — тихо сказала Катя и ушла.
Вечером она была спокойнее.
— Мам, я в субботу с Полиной поеду в Киев.
— Зачем? — насторожилась мать.
— У её родственницы проблемы. Заодно по магазинам пройдусь.
— Я и так тебе всё куплю!
— Мам, просто хочу погулять…
— Ну смотри…
Катя снова поехала к отцу.
— Папа, я готова изменить свою жизнь.
— Я рад, — улыбнулся он. — Переезжай в Киев, работай у меня. Потом возглавишь компанию. Мой друг поможет.
— А мама?
— Скажи, что нашла работу. И… обратись к психологу. Тебе это нужно.
Разговор с матерью был тяжёлым. Та плакала, обвиняла, пугала.
— Кто о тебе там позаботится?!
— Мам, я справлюсь…
— Обещай, что потом заберёшь меня!
— Обещаю…
Отец прожил ещё полгода и помог Кате встать на ноги. Мама звонила каждый день, жаловалась, давила на жалость, повторяла, что кроме неё Катю никто не любит.
Но Катя уже знала — это неправда.
Работа с психологом помогла ей понять, насколько сильно мать держала её рядом, подавляя её личность.
Когда мать осознала, что теряет контроль, было уже поздно. Ни звонки, ни скандалы не могли вернуть дочь назад.
Катя стала самостоятельной. И впервые в жизни начала жить своей жизнью.
