— Что-то нерадостно у тебя всё, тётя… Какая-то тоска в каждой картине, — размышлял рыжеволосый, конопатый мальчишка, переходя от одного полотна к другому.
— Ну что, племянник, понравилась выставка? — послышался за его спиной знакомый голос.
Мальчик вздрогнул и обернулся. Подбирать слова пришлось осторожно — совсем не хотелось задеть любимую тётку.
— Как-то грустно всё. Вон там сугробы, покосившийся домик и одинокая старушка. А здесь вообще мороз по коже. Чёрный кот на снегу, и больше ничего. Прямо безысходность какая-то.
— Ох ты, критик нашёлся! А я именно так этот мир и вижу! — обиженно ответила тётя. — Честно и без прикрас. Жизнь она такая.
Мальчишка энергично затряс рыжей головой, и солнечные лучики заплясали в его вихрах.
— Нет, ты ошибаешься. Даже на этих картинах есть что-то хорошее. И кот, и бабушка у тебя всё равно добрые. Я тебе это докажу!
— Ну попробуй, умник. Только зря стараешься. Я всё-таки пожила побольше твоего и знаю жизнь лучше, — скептически заметила тётка, скрестив руки.
Но спорить мальчик не стал. Ещё раз внимательно посмотрел на картины и стремительно выбежал из комнаты.
А в это время где-то далеко, в занесённой снегом деревушке, под крыльцом пустующего дома сидел чёрный кот Васька.
Несмотря на холод и голод, мысли у него были удивительно тёплыми.
«А ведь мне всё-таки везло в жизни, — размышлял он. — Ну и что, что сейчас мороз, сугробы и я совершенно не понимаю, где добыть еду и как пережить ночь? Это всё ерунда.
Главное — мне встречались хорошие люди.
Вот взять мою первую хозяйку Леночку. Замечательная была девочка. Как она меня любила! Обнимала, целовала в нос, гладила и называла самым красивым котёнком на свете.
Потом, правда, всё изменилось. Но я и не обижаюсь. Сам виноват. Подрос, стал не таким милым. Жалко только, что нельзя навсегда остаться маленьким котёнком.
Когда Леночкины родители решили избавиться от меня, на дворе было лето. А летом жить легко.
Тёплое солнышко, мышки, голуби возле мусорных баков — без еды точно не останешься.
Вот я и не пропал. Наоборот, встретил свою вторую хозяйку — мою дорогую бабушку.
Ох, как же она меня любила! Угощала рыбьими хвостиками, разговаривала со мной, вязала носки под телевизор, а я лежал рядом и слушал.
Замечательная была старушка…
Она ведь не виновата, что потом к ней переехала внучка. А у внучки, оказывается, аллергия на кошек.
Вот так я снова оказался на улице. Жаль, что я не сфинкс. Говорят, бывают такие коты — совсем без шерсти.
А третьи хозяева вообще были чудесные люди. Отвезли меня на дачу, оставили миску на крыльце, разрешили ловить мышей.
Настоящая забота.
Ну а то, что уехали без меня… Так ведь они ничего и не обещали. Ни разу не говорили, что обязательно вернутся за мной.
Так что обижаться мне не на что.
Только вот как дотянуть до весны — не представляю.
Хотя я ведь счастливчик. Может, кошачий бог снова пошлёт мне хороших людей».
Васька свернулся плотным клубком, стараясь сохранить хоть немного тепла.
Но мороз был сильнее.
Ледяной ветер жалил нос, пробирался под редкую шерсть, сковывал ослабевшее тельце и будто шептал:
«Спи, Васька… Засыпай навсегда».
И чёрный кот послушно прикрыл глаза.
Но в этот момент под старое крыльцо заглянула рыжая голова.
— Ага, вот ты куда забрался! А я уже весь посёлок обежал. Дом вроде тот самый, как на картине у тётки, а тебя нигде нет.
Васька так продрог, что даже не удивился. Без сопротивления позволил мальчишке вытащить себя из снежного укрытия и спрятать за пазухой. Там было тепло, и постепенно кошачье тело начало отходить от ледяной дремоты.
Слегка согревшись, кот слабо мяукнул:
— Мяу?
— Вот именно — мяу! — рассмеялся мальчишка. — Сейчас будем искать тепло. И заодно докажем моей тётке, что жизнь состоит не только из тоски и одиночества. В ней хватает любви, радости и добрых встреч.
«Так я и думал, — довольно подумал Василий. — Ещё один хороший человек встретился. А я уже почти смирился».
Дорога была долгой. Они миновали заснеженные ели, пустые поля и редкие домики. Васька больше ничего не спрашивал. Он просто верил: раз его несёт этот рыжий мальчишка, значит, впереди обязательно ждёт что-то хорошее.
Мерные шаги убаюкивали, и кот снова задремал.
А проснулся уже в удивительно уютном месте.
Дом бабы Маши стоял на самом краю деревни, рядом с лесом. Летом удобно было ходить за грибами и ягодами, а зимой не приходилось далеко таскать валежник. Дрова у неё, конечно, были и покупные, но расходовала она их бережно.
К экономии баба Маша привыкла давно. А вот жаловаться на судьбу — никогда.
Да и зачем? Пусть годы уже немолодые, но сил ещё хватает.
Родных рядом не осталось — это правда. Когда-то рядом был любимый муж, потом родилась дочь, и дом был полон счастья.
Не каждому такое выпадает.
Но нередко беда идёт рядом со счастьем. Так случилось и у неё.
Сначала ушёл из жизни муж. Потом выросла дочь, полюбила, вышла замуж и уехала за границу.
Конечно, звонила. Интересовалась здоровьем, спрашивала, как дела.
И каждый раз баба Маша отвечала одинаково:
— Всё хорошо, доченька. Не переживай за меня.
Ни на одиночество не жаловалась, ни на скромную жизнь. У дочери своя семья, свои заботы и своё счастье.
Конечно, баба Маша была обычным человеком. Иногда и грусть подступала.
Особенно зимой.
Белое безмолвие, длинные вечера, холод за окнами — всё это навевало печальные мысли. Порой казалось, будто она осталась совсем одна.
Летом было проще. Огород, дела, соседи, случайные гости.
А зима… Что ж, зима не вечна. Нужно просто дождаться тепла.
Именно об этом думала баба Маша, стоя на крыльце и глядя на бескрайние сугробы.
Вдруг вдали показалась маленькая фигурка. Кто-то быстро шёл к её дому, поднимая снежную пыль.
— Да это же мальчишка! — удивилась она, когда незнакомец распахнул калитку.
— Здравствуйте! — серьёзно поздоровался он. — Еле дошёл. Снега намело по самое не хочу!
— А ты чей будешь? — удивилась хозяйка. — И зачем ко мне пожаловал?
— Это не я к вам пришёл. Это вы мне понадобились! — улыбнулся мальчишка. — У меня для вас подарок. Может, сначала в дом зайдём?
Баба Маша только пожала плечами.
— Ну заходи, раз пришёл.
Рыжий гость мгновенно юркнул в тепло, расстегнул куртку и осторожно опустил на коврик худого чёрного кота.
— Вот он, мой подарок.
Василий сразу начал оглядываться и принюхиваться. Здесь пахло домом. Теплом дышала печка, от хозяйки веяло добротой, а тканый половик казался удивительно уютным.
— Ой, бедняга! — всплеснула руками баба Маша. — Да ты совсем исхудал! Сейчас покормим.
Она достала миску, налила горячего бульона, добавила немного тушёнки и поставила у ножки стола.
— Кушай, черненький.
Уговаривать Василия не пришлось. Он с аппетитом набросился на еду, громко урча.
— А теперь рассказывай, дружок, — повернулась баба Маша к мальчику. — Кто ты, откуда пришёл, где твои родители?
Рыжий снял шапку, встряхнул яркими волосами, и кухня словно наполнилась солнечным светом.
Он уселся за стол и начал рассказывать, прихлёбывая горячий чай.
— Ваш дом я увидел на картине своей тётки, баба Маша. Грустная была картина. От неё прямо одиночеством веяло. А рядом ещё был изображён этот чёрный мурлыка. Тоже очень печальный.
Мальчик откусил хлеб с вареньем, а баба Маша поспешила задать вопрос:
— Подожди. А откуда ты знаешь, как меня зовут? И почему твоя тётка рисует мой дом?
Рыжий хлопнул себя по лбу.
— Вот ведь! Совсем забыл представиться. Меня зовут Счастливый Случай. А моя тётя — сама Судьба.
Баба Маша осторожно потрогала его лоб.
— Температуры вроде нет, а говоришь странные вещи…
— Эх вы, люди! — вздохнул мальчишка. — Всяким шарлатанам верите, а когда у вас на кухне сидит настоящий Счастливый Случай и чай пьёт — сразу сомневаетесь.
И действительно, баба Маша вдруг поняла, что мальчик этот необычный.
— Не сердись. Просто я уже давно разучилась верить в чудеса.
— А зря! Я ведь сначала помог Василию, а потом пришёл к вам, чтобы доказать своей тётке, что чудеса никуда не исчезли.
Раньше Судьба совсем другим делом занималась. Вязала, плела, соединяла людские жизни.
— И что же тут волшебного? — удивилась баба Маша.
— Для обычных людей — ничего особенного. Носки связать, узор сплести. А когда за дело берётся сама Судьба, тогда переплетаются жизни, появляются семьи и рождается любовь.
Но со временем тётя совсем приуныла.
«Бесполезное занятие, — говорила она. — Хочу создать счастливую пару — получается беда. Пытаюсь сплести настоящую любовь — выходит разочарование. Наверное, люди изменились».
И тогда она бросила своё ремесло и начала рисовать.
Только картины у неё получаются грустные.
А я уверен, что мир всё ещё полон добра.
Вот я и спас Василия. А потом привёл его к вам.
Разве вы не рады?
Казалось, ещё немного — и мальчишка расплачется.
— Да что ты! Конечно, рада! — поспешила успокоить его баба Маша. — И тебе рада, и Васеньке. Просто чудеса ко мне не каждый день заходят.
Передай своей тёте вот что: пусть возвращается к своему ремеслу. Ошибки бывают у всех. Где-то петлю не так свяжешь, где-то узор собьётся. Но ведь из-за этого не бросают любимое дело.
— Обязательно передам! — обрадовался Счастливый Случай.
В тот день Судьба не хотела рисовать.
Она просто ходила по комнате и рассматривала свои картины.
И вдруг остановилась.
— Что такое? Я этого не рисовала!
Два последних полотна изменились.
Теперь это была одна картина.
Зима осталась зимою, но уже не казалась такой безжизненной.
Белый снег искрился, из трубы домика поднимался дымок, среди сугробов вилась тропинка, а ели стояли, словно обнявшись.
Но главное — старушка больше не была одна.
На крыльце баба Маша прижимала к груди чёрного кота, и казалось, что оба счастливо улыбаются.
— Так ведь лучше? — раздался знакомый голос.
Судьба обернулась.
Позади стоял Счастливый Случай и переминался с ноги на ногу.
— Лучше, племянник. Намного лучше.
— И ещё мне просили передать: не бросай своё дело. Неудачи бывают у всех. Но красивые узоры всё равно получаются. Посмотри хотя бы на этих двоих. А ведь я даже не мастер.
Судьба ласково взъерошила рыжие волосы мальчишки.
— Убедил.
Она подошла к старому креслу, достала шкатулку с клубками разноцветных нитей и снова принялась переплетать судьбы.
