— За своими тряпками явилась, змея? Он предупреждал — сейчас вынесу, — с усмешкой бросила любовница мужа…

— За своими тряпками явилась, змея? Он предупреждал — сейчас вынесу, — с усмешкой бросила любовница мужа…

…Олена сидела у окна в квартире подруги и смотрела на мокрый, серый двор. Уже третий день подряд лил дождь, будто повторяя её внутреннее состояние.

Двухкомнатная квартира, доставшаяся ей от бабушки ещё до свадьбы, казалась теперь единственным островком стабильности. По крайней мере, жильё принадлежало только ей — без совместных кредитов и ипотек с мужем.

Дмитрий в очередной раз устроил скандал буквально на пустом месте.

Олена не выдержала и решила уехать на несколько дней к Светлане — остыть, разобраться в себе.

Муж заявил, что тоже уедет — к матери в область. Сказал, что устал от семейной жизни и хочет побыть один.

Олена лишь кивнула. Пусть. Может, действительно одумается.

— Олена, может, хватит себя мучить? — Светлана поставила на стол две чашки горячего кофе. — Ты же видишь, каким он стал. Постоянно всем недоволен, всех критикует. А раньше был совсем другим.

— Знаю… — тихо ответила Олена, обхватив ладонями чашку. — Думаю, может, это временно. У него работа сложная, стресс…

— У всех работа непростая. Но не все вымещают злость на близких, — покачала головой подруга.

Олена промолчала. В глубине души она понимала — Светлана права.

За последние месяцы Дмитрий сильно изменился. Стал резким, холодным, грубым.

Постоянно где-то пропадал — «командировки», «переработки».

А дома — вечное недовольство и придирки.

На четвёртый день Олена решила вернуться. Соскучилась по своей квартире, по привычной тишине, по своему пространству.

Дмитрий, как он говорил, ещё должен был быть у матери. Значит, можно спокойно побыть одной.

Но, подъезжая к дому, она заметила свет в окнах. Это насторожило.

Он же говорил, что уедет до конца недели…

Расплатившись, Олена поднялась на четвёртый этаж. У двери остановилась, прислушалась.

Изнутри доносились голоса. И смех. Женский.

Молодой, звонкий.

Сердце заколотилось быстрее. Она достала ключи, вставила в замок. Руки слегка дрожали. Дверь открылась.

В прихожей пахло чужими духами — приторными, тяжёлыми.

На вешалке висела яркая розовая куртка с блёстками. У зеркала стояли чужие сапоги на каблуках.

— Милый, а красное вино ещё осталось? — раздался голос с кухни.

— Конечно, сейчас принесу, — ответил Дмитрий.

Олена замерла. Щёки вспыхнули, ноги будто приросли к полу.

Из кухни вышла молодая женщина в шёлковом халате — в том самом, который Олена покупала себе к годовщине.

Растрёпанные волосы, припухшие губы. Лет двадцать пять.

Увидев хозяйку квартиры, она даже не смутилась. Наоборот — выпрямилась и усмехнулась с явным превосходством.

— За своими вещами пришла, да? Он предупреждал — сейчас вынесу, — сказала она, уперев руки в бока.

Олена медленно моргнула. Всё происходящее казалось нереальным.

Чужая женщина в её доме… называет её змеёй… и говорит о «её вещах».

— Простите, а вы кто? — спокойно спросила она.

— А ты кто вообще? — нагло ответила та. — Дим, иди сюда! Твоя бывшая пришла!

Из спальни вышел Дмитрий — в домашних тапках и нижнем белье.

Увидев Олену, он растерялся.

— Олена… Ты же говорила, что будешь у Светланы до выходных…

— А ты говорил, что у матери, — ровно ответила она.

Он замялся, почесал затылок.

Но его спутница снова вмешалась:

— Дима, да хватит уже! Скажи прямо — теперь мы здесь живём. А ей пусть ищет себе другое место.

Олена достала телефон.

— Куда ты звонишь? — насторожился Дмитрий.

— В полицию.

— Ты что, с ума сошла?! — возмутилась девушка.

— Добрый день. Хочу сообщить о незаконном нахождении посторонних лиц в моей квартире, — спокойно сказала Олена, назвав адрес.

— Олена, не надо! Мы же можем договориться! — поспешил Дмитрий.

— Уже нет, — коротко ответила она и завершила разговор.

Любовница нервно зашагала по коридору:

— Да что ты выдумываешь? Он здесь живёт!

— Жить — не значит владеть, — спокойно ответила Олена. — Квартира моя.

Дмитрий побледнел. Девушка посмотрела на него с недоумением:

— Ты говорил, что жильё общее…

— Ну… не совсем…

Олена прошла в комнату и достала папку с документами.

Свидетельство о праве собственности, выписка — всё оформлено на неё задолго до брака.

Через двадцать минут приехала полиция.

— Поступил вызов о незаконном проникновении, — сказала женщина в форме.

Олена показала документы.

— Собственник — вы. А вы кто? — обратилась она к Дмитрию.

— Муж…

— Прописка есть?

Он опустил глаза. Прописан он был в другом месте.

— Тогда собирайте вещи и покиньте квартиру.

— Но мы здесь живём! — возмутилась девушка.

— Мы? А вы кто? — спокойно уточнила полицейская.

— Подруга… — выдавил Дмитрий.

— Подруга тоже выходит.

— Олена, дай хотя бы неделю! — начал он. — Нужно же жильё найти…

— Искать надо было раньше, — холодно ответила она.

— Ключи сюда, — добавила полицейская.

Он нехотя отдал связку.

— И запасные тоже.

Он попытался сделать вид, что не понимает.

— Те, что под цветочным горшком прятал, — сказала Олена.

Он покраснел и достал второй ключ.

Собирались долго. Девушка пыталась устроить скандал, но полиция остужала её пыл.

— А холодильник? — спросил Дмитрий.

— Чеки есть?

Их, конечно, не было.

Когда за ними закрылась дверь, Олена прислонилась к стене и закрыла глаза.

Тишина. Настоящая.

На следующий день она поменяла замки. Потом закрыла общие счета, открыла новые — только на себя.

Дмитрий сначала звонил, просил прощения, клялся, что всё ошибка.

Потом начал угрожать.

— Попробуй, — спокойно сказала Олена и заблокировала его.

Через неделю он писал с чужих номеров:

«Я всё понял. Хочу вернуться. Дай шанс».

Она удаляла сообщения.

Осенью подала на развод.

Суд прошёл быстро. Квартира — её, приобретена до брака. Делить нечего.

Зимой она встретила свекровь — та сделала вид, что не заметила её.

Весной Дмитрий женился на той самой девушке.

Олена узнала об этом от подруги и лишь пожала плечами.

Чужая жизнь её больше не касалась.

Летом она сделала ремонт в спальне. Осенью записалась на курсы флористики.

Жизнь постепенно наладилась.

Дом снова стал местом, где спокойно.

Где нет криков, претензий и чужих людей.

Дмитрий больше не звонил.

Видимо, наконец понял — назад дороги нет.

Оцените статью