Мой муж подал на развод и почти сразу женился на своей любовнице именно тогда, когда я находилась на девятом месяце беременности. На прощание он холодно бросил мне в лицо:
— Я не могу жить с женщиной, у которой такой огромный живот.
Он даже не предполагал, что мой отец владел компанией стоимостью сорок миллионов долларов. А спустя несколько лет судьба снова свела нас — он пришёл устраиваться на работу в нашу фирму… и его ожидал крайне неприятный сюрприз.
Документы о разводе я получила в самый разгар последних недель беременности. Это случилось не во время ссоры и не после бурного выяснения отношений. Всё было гораздо проще и холоднее — их доставил курьер.
В одно серое утро четверга в дверь позвонили. Я медленно шла по коридору, придерживая поясницу и опираясь на стену — из-за живота двигаться было тяжело, равновесие давно подводило. Открыв дверь, я увидела молодого курьера. Он вежливо улыбнулся и протянул планшет:
— Пожалуйста, поставьте подпись.
Его голос звучал обыденно, словно он привёз обычную посылку. Я расписалась, закрыла дверь и сразу вскрыла конверт. Внутри оказались бумаги на развод. Мой муж, Грант Эллис, подал заявление три дня назад. На первом листе его знакомым небрежным почерком было написано: «Я не вернусь. Не усложняй».
Я стояла в прихожей, будто потеряв способность двигаться. Ребёнок внутри тяжело пошевелился, упираясь в рёбра. Девятый месяц… и именно сейчас он решил вычеркнуть меня из своей жизни.
Телефон завибрировал, не успела я дочитать документы. Сообщение от Гранта:
«Встретимся в суде Вестбриджа в 14:00. Закроем этот вопрос».
Ни объяснений, ни извинений. Только сухая инструкция, как будто речь шла о деловой встрече.
В здании суда пахло старым ковролином и химией для уборки. Грант уже ждал. Он выглядел безупречно — тёмно-синий костюм, аккуратная причёска, уверенность человека, который уверен в своей победе.
Рядом с ним стояла женщина в кремовом платье на каблуках. Её рука лежала на его локте так естественно, словно она всегда была рядом с ним.
Тесса Монро. Я сразу её узнала. Его коллега. Та самая, о которой он говорил: «Не переживай». Та самая, из-за которой я пропустила корпоратив, потому что он уверял, что мне лучше отдохнуть.
Грант скользнул взглядом по моему животу и поморщился. В его глазах не было ни сожаления, ни вины — только явное отвращение.
— Я не могу жить с женщиной с таким огромным животом, — сухо произнёс он.
Слова прозвучали громче, чем он, вероятно, рассчитывал — несколько человек обернулись.
— Это давит на меня, — добавил он. — Я хочу вернуть свою прежнюю жизнь.
Ребёнок резко толкнулся, словно откликнувшись на его жестокость. Тесса тихо засмеялась.
— Грант действительно пытался, — сладко сказала она. — Но у мужчин есть свои потребности.
У меня перехватило дыхание.
— Ты разводишься со мной прямо перед родами? — едва слышно спросила я.
Он равнодушно пожал плечами:
— Ты справишься. Мой адвокат решит вопрос с алиментами. Я тебе не нянька.
Затем он подвинул ко мне ещё один документ — официальный бланк о подаче заявления на брак. Я смотрела на него, не веря глазам.
— Ты собираешься жениться на ней?
Грант ухмыльнулся:
— Уже на следующей неделе.
Ребёнок снова пошевелился.
— Ты понимаешь, как это выглядит? — спросила я.
Он наклонился ко мне ближе и тихо, почти шёпотом, произнёс:
— Ты была ошибкой. И, если честно, ты никогда ничего из себя не представляла.
Если бы он кричал, я могла бы ответить. Но эта холодная уверенность ранила сильнее всего. Он действительно верил в свои слова. Он был уверен, что у меня нет ничего. Что я — пустое место.
Он не знал главного: мой отец, скромный человек, живший в обычном доме за городом и избегавший лишнего внимания, владел производственной компанией стоимостью более сорока миллионов долларов.
И он также не знал, что после смерти родителей два года назад всё это перешло ко мне. Я ни разу не говорила ему об этом.
Стоя в коридоре суда и глядя, как он уходит, держа Тессу под руку, я дала себе обещание.
Я не стану его возвращать. Не буду унижаться и просить. Я тихо начну всё заново.
И если однажды наши пути снова пересекутся…
Грант Эллис обязательно поймёт, что именно он потерял.
