Оля в панике схватила телефон. Кто может помочь? Куда бежать? Может, спрятать Мурзика у подруг? А если им не разрешат держать кота? Как же тяжело, когда ты ещё ребёнок и ничего не решаешь сама…
Этот разговор она услышала совершенно случайно. Даже не подслушивала — просто остановилась в коридоре, когда уловила обрывки фраз, и не решилась зайти на кухню. Замерла и дослушала всё до конца, стараясь не выдать себя.
— Мурзика придётся усыпить, — говорил отец. — Он совсем старый, постоянно болеет, еле ходит. Я не могу смотреть, как он мучается. Так будет гуманнее.
— Лёша, а ты про Олю подумал? — тихо возразила мама. — Они же вместе с самого начала! Вспомни, мы взяли котёнка, когда врач сказал, что у меня не будет детей…
Ты сам его принёс с улицы, хотел меня поддержать. Я тогда плакала… А Мурзик ко мне на колени забрался, замурлыкал. Я его обняла, а он слёзы слизывал…
Как можно его усыпить?! А потом случилось чудо — родилась Оля, и он всё время был рядом с её кроваткой. Ты ещё шутил, что он её от злых духов защищает…
— Наташа, не надо, — резко ответил отец, и мама сразу зашикала, чтобы он говорил тише. — Я всё это помню! Но у каждого есть свой срок… Видимо, его уже подходит к концу…
Мы же постоянно возим его по ветеринаркам. Ты считала, сколько денег уходит?
— А ты считал? — почти шёпотом спросила мама.
— Конечно, считал! — раздражённо ответил он. — Я деньги не печатаю! Если бы не кот, мы бы уже давно на море съездили!
Дальше Оля уже не слушала. Она зажала рот руками, чтобы не закричать, и бросилась в свою комнату.
Как они могут так говорить?! О Мурзике, как о какой-то сломанной вещи…
Кот лежал на её кровати, свернувшись в мягкий пушистый комок. В последнее время он часто так отдыхал. Но Оле было достаточно просто видеть, что он рядом. Его тихое дыхание, лёгкое движение боков… А когда она заходила, он приоткрывал глаз и начинал мурлыкать — и сразу становилось спокойно.
Она даже представить не могла, что однажды зайдёт — а его не будет…
Ей всего двенадцать, а Мурзик появился в доме ещё до её рождения. Для людей это немного, а для кота — уже почтенный возраст…
Но Оля отгоняла эти мысли. Она ухаживала за ним, гладила, следила, чтобы у него всегда была свежая вода. И он, словно чувствуя её заботу, иногда оживал, даже пытался играть.
Нет, она не допустит этого! Ни за что! Нужно срочно что-то придумать!
Она снова схватила телефон. К кому обратиться? Где искать помощь? Всё казалось безвыходным…
И вдруг её осенило.
— Мурзик, просыпайся! — она осторожно погладила его. — Нам нужно уходить! Я отвезу тебя к бабушке! Там тебя никто не найдёт!
— Мяу? — будто переспросил кот.
Оля словно поняла его: «Ты уверена? Родители будут переживать…»
— Ты не понимаешь! — она уже металась по комнате, бросая вещи в рюкзак.
Хорошо, что у неё есть накопленные деньги. Родственники давно дарили ей не игрушки, а деньги, а она всё откладывала — мечтала купить что-то важное. И вот теперь они пригодились.
В переноску Мурзик залез нехотя. По его мордочке было видно — он недоволен. Но Оля была непреклонна. В ней будто открылось второе дыхание.
До бабушки ехать около сорока минут на автобусе. Потом немного пройти — и будет дом с садом и красной крышей.
Точного адреса она не помнила, но разве сложно в маленьком посёлке найти Валентину Ивановну Верещук? Кто-нибудь обязательно подскажет.
У бабушки она была последний раз лет в пять. Помнила большой сад, где можно было бегать и играть.
Тогда там жили две кошки и собака. Она их гладила, а мама с бабушкой сильно поссорились. После этого они больше туда не ездили, хотя Оля просилась.
Ей говорили, что Мурзика не с кем оставить, у соседки аллергия, а у бабушкиных животных могут быть свои привычки — вдруг обидят.
Она тогда не понимала, почему взрослые делают из этого проблему. Со временем просто привыкла, что бабушка как будто есть… и как будто нет.
Теперь, повзрослев, она вспоминала, как мама и бабушка спорили, обвиняли друг друга. Кажется, из-за папы.
Странные они, взрослые… Любят одного человека, а в итоге ссорятся и не общаются. И кому от этого лучше?
«А вдруг бабушка не согласится взять Мурзика?..» — мелькнула мысль.
Но Оля тут же её отогнала. Она будет просить, уговаривать, отдаст все деньги, а потом будет помогать корм покупать. Сейчас даже дети могут подрабатывать — в интернете полно вариантов. Они справятся!
Дождавшись, когда родители уйдут на работу, Оля написала записку:
«Мама, папа, я всё слышала! Мы с Мурзиком поехали к бабушке. Ему там будет лучше. Я не позволю его усыпить! Ваша дочь Оля»
Она прикрепила записку к холодильнику магнитом. Всё — решение принято.
— Мурзик, мы отправляемся в путешествие! — сказала она, стараясь подбодрить и себя, и кота.
Она надела рюкзак, взяла переноску и поспешила на автовокзал.
Кот сидел тихо, хотя явно был не в восторге от происходящего. Вскоре они уже ехали в автобусе, и за окном мелькали поля и деревья.
Оля немного волновалась — раньше она никогда не уезжала одна.
Хотя… почему одна? Мурзик рядом. Он высунул мордочку и с интересом смотрел вокруг. Оля погладила его — и сразу стало спокойнее.
Она шла по знакомой дороге, неся переноску, и с удивлением понимала, что помнит путь, несмотря на годы.
Вскоре она стояла у бабушкиного дома. Раньше здесь бегал пёс Бобик. Сейчас было тихо. Сердце тревожно сжалось.
— Не может быть… — прошептала она и открыла скрипучую калитку.
— Бабушка! — крикнула она. — Это я, Оля! Мы приехали!
Занавеска на окне дрогнула, дверь открылась, и первым выбежал Бобик.
Старый, но тот самый. А за ним появилась бабушка — поседевшая, постаревшая, но родная.
— Оля?.. Это правда ты? — тихо сказала она.
Девочка бросилась к ней, забыв про всё. Они обнялись, и обе заплакали.
— Бабушка, это я… Не плачь…
— А мама с папой? — с надеждой спросила она.
— Нет… Только мы с Мурзиком. Его хотят усыпить! Можно, он у тебя поживёт? Пожалуйста!
— Конечно можно, — мягко ответила бабушка. — Сейчас только Бобика придержу, чтобы не испугал. Заноси кота в дом.
Кошек у меня уже год как нет… Будем теперь втроём жить.
Оля даже вздрогнула — столько грусти было в её голосе.
Она занесла переноску, выпустила Мурзика. Тот осторожно вышел, принюхался… и почти сразу устроился в кресле и уснул.
Оля осмотрелась. Стены были увешаны фотографиями. Она узнала себя маленькой, папу подростком, бабушку в молодости…
Она вдруг представила, как бабушка жила здесь одна все эти годы, и ей стало не по себе.
— Моя маленькая фотогалерея, — улыбнулась бабушка. — Смотришь — и не так одиноко… Давай чаю попьём.
Они долго сидели, разговаривали. Оля рассказывала всё, что накопилось за годы, а бабушка слушала, не перебивая.
Потом они вместе убрали, поиграли с Бобиком, вышли во двор. Мурзик тоже вышел. Он и пёс быстро «договорились» — оба старые, обоим делить нечего.
Время пролетело незаметно. И вдруг…
— Оля! Как ты могла?! Я с ума сходила! — раздался голос мамы.
Бабушка спокойно подняла голову:
— Здравствуй, Наташа. Здравствуй, сынок. Чего переживать? Внучка к бабушке приехала, записку оставила.
— Но… — начала мама.
— Мама, папа! Я всё слышала! — твёрдо сказала Оля. — Вы хотите усыпить моего кота! Я этого не позволю! Он будет жить здесь! А если вы будете спорить — я тоже останусь! Мы бабушку бросили — так нельзя!
— Как ты разговариваешь?! — возмутился отец, но бабушка посмотрела на него так, что он замолчал.
— Хорошая у вас дочь выросла, — спокойно сказала она. — Давайте лучше чай попьём. С дороги устали… А там и решение найдётся.
И, словно поддавшись её спокойствию, родители согласились.
— Оля, иди погуляй, — тихо сказала бабушка. — Я вас никому в обиду не дам.
Оля обняла Мурзика и ждала.
Когда её позвали, она увидела: мама и бабушка сидят рядом, обнявшись. Обе плакали… но уже не от боли.
— Спасибо тебе, доченька, — сказал отец. — Мы иногда хуже детей себя ведём. Никто твоего кота не тронет. Пусть живёт у бабушки. Будем приезжать.
— Каждую неделю, — добавила мама.
Оля улыбнулась.
Кот и пёс ничего не знали, но чувствовали — всё будет хорошо.
Люди ошибаются. Но главное — вовремя это понять и всё исправить.
