Елена Ивановна души не чаяла в своём пятилетнем внуке Ване. Она часто радовала его подарками, и на этот раз решила порадовать мальчика новыми зимними ботинками.
В магазине ей сразу приглянулась аккуратная пара — она подумала, что Ване они точно понравятся. Не откладывая, прямо оттуда она отправилась к сыну с невесткой, чтобы ребёнок примерил обновку.
Дверь открыла Уляна. По её лицу сразу было видно — настроение не самое дружелюбное. Она кивнула на коробку в руках свекрови и сухо спросила:
— Это что? Обувь? Для Вани?
— Да, такие милые ботиночки увидела — не смогла пройти мимо. А где мой внук? — с улыбкой ответила Елена Ивановна.
Но по выражению лица невестки она сразу поняла — подарок явно не вызвал радости.
— Елена Ивановна, зачем вы вообще купили Ване ботинки? Я не припомню, чтобы просила вас об этом!
— Они мне просто понравились… подумала, что и Ване подойдут, — смущённо объяснила женщина.
— Понравились вам… — раздражённо отозвалась Уляна. — Вообще-то такие вещи нужно со мной согласовывать. Я уже купила сыну отличные зимние ботинки из натуральной кожи. Лучше бы дали деньги — я бы сама выбрала, что ему нужно!
Елена Ивановна растерянно посмотрела на невестку, но затем не выдержала:
— Как это — «зачем»? Это мои деньги, и я сама решаю, что покупать и что дарить!
— Деньги ваши, не спорю, — резко ответила Уляна, — но лишние вещи нам в доме ни к чему! Они теперь пролежат без дела пару лет, а потом мы их просто выбросим.
— Почему выбросим? Зима уже началась, снег выпал — Ваня вполне может их носить, — возразила свекровь, скрестив руки.
— Я уже сто раз говорила: у моего сына есть в чём ходить! — раздражённо закатила глаза Уляна.
— Ну так пусть надевает по очереди, — попыталась найти компромисс Елена Ивановна.
— Нет, носить он их не будет. Верните их обратно в магазин, пока не поздно, — холодно отрезала Уляна, давая понять, что подарок ей совсем не нужен.
Свекровь нахмурилась, прищурилась — стало ясно, что невестка просто из принципа не позволит ребёнку надеть эту обувь.
— Зачем ты так делаешь? — с обидой спросила она. — Почему у ребёнка не может быть две пары?
— Потому что я так решила, — сухо ответила Уляна. — Вы, конечно, стараетесь быть хорошей бабушкой и постоянно что-то приносите, но чаще всего это абсолютно ненужные вещи.
Эти слова прозвучали как удар. Елена Ивановна буквально опешила. Ей стало горько и обидно — её заботу не только не оценили, но и назвали бесполезной.
Разговор быстро перерос в серьёзный конфликт. В итоге обе остались глубоко обижены друг на друга.
С коробкой в руках Елена Ивановна вышла из съёмной квартиры, где жила семья сына. По дороге она решила позвонить Сергею и рассказать свою версию случившегося.
Но, к её удивлению, он уже был в курсе — Уляна успела поговорить с ним раньше.
— Мама, я всё знаю, — резко сказал он. — Ты довела Уляну до слёз. Я не позволю, чтобы моя жена страдала из-за тебя. Пока не извинишься — не звони мне.
— Серёжа, но ты хотя бы выслушай меня! — попыталась оправдаться Елена Ивановна.
— Нет, мама, — перебил он. — Я ничего слушать не буду. Сначала извинись перед Уляной, потом поговорим.
Елена Ивановна не чувствовала за собой вины, поэтому не собиралась извиняться. Так прошло около четырёх месяцев — мать и сын так и не общались.
Тем не менее она продолжала исправно платить за аренду квартиры, где жила семья Сергея.
Эта обязанность появилась не случайно. Несколько лет назад ей досталась в наследство квартира на окраине города. Она хотела передать её сыну, но тот отказался жить в этом районе. Тогда договорились: она сдаёт свою квартиру, а Сергей снимает жильё там, где ему удобно — и аренду оплачивает мать.
До ссоры всё шло без проблем — Елена Ивановна регулярно выполняла своё обещание.
Она пыталась связаться с внуком — писала сообщения, но они не доходили. Тогда она поняла: Уляна просто заблокировала её номер в телефоне Вани.
Это сильно ранило женщину. Но сдаваться она не собиралась.
Особенно тяжело ей пришлось в день рождения. Ни сын, ни невестка даже не позвонили.
Для неё это стало настоящим ударом — столько лет заботы и любви, а в ответ — равнодушие.
Не выдержав, она расплакалась и приняла решение: больше не оплачивать съёмное жильё сына.
Через месяц ей позвонил хозяин квартиры и поинтересовался, почему не поступила оплата за следующий месяц.
— Я больше не собираюсь платить, — холодно ответила она. — У вас договор с моими детьми — пусть сами решают этот вопрос.
После этого владелец связался с Сергеем.
— Мама вам ничего не перевела? — занервничал он, понимая, что ситуация серьёзная.
Получив подтверждение, что оплаты не было, Сергей начал звонить матери.
Елена Ивановна видела его звонки и понимала, зачем он звонит, но трубку не брала.
Тогда он стал писать длинные сообщения:
«Мама, что ты делаешь? Почему перестала платить за квартиру? Хозяин требует деньги, а у нас сейчас нет лишних десяти тысяч! Ты же знаешь, что мы не можем позволить себе другое жильё. Почему ты молчишь?»
Она прочитала всё, но не ответила. Решила, что больше не обязана решать проблемы сына, если он сам не хочет с ней общаться.
В итоге Сергею с семьёй пришлось съехать и искать более дешёвое жильё.
Он же окончательно решил: больше не будет общаться с матерью, даже если она сама попросит прощения.
А Елена Ивановна и не собиралась этого делать — своей вины она так и не признала.
Как вы считаете, кто в этой ситуации прав?
