День выдался по-настоящему зимним — морозным, колким, с хрустящим снегом под ногами. Мы ехали на работу, когда раздался звонок. Женщина взволнованным голосом рассказала о собаке и тут же прислала фотографию. Уже по снимку было понятно: медлить нельзя.
Мы немедленно выехали.
Мы конечно помогли этой собаке , привели ее в чувства , определили ее.
Ещё одна история о собаке по кличке Тузик он был весь в красных пятнах, так же как и Снежок.
Теперь продолжим историю Снежка — ему помощь нужна как никогда.
Женщина нашла его лежащим во дворе. Он лежал прямо на снегу, замерзший, истекший …., которой потерял слишком много. На фото вокруг него и на лапах был красный снег. Снежок с трудом поднялся на лапы, за ним тянулся кровавый след, из носа тоже шла красная жидкость. Сначала все подумали, что он попал под машину, — повреждений было слишком много. Истинная причина оставалась неизвестной, возможно, никто её так и не узнает.
Все лапы были в кровs, и когда пес повернул голову, стало видно глубокое повреждение на шее, откуда тянулся кровавый след. Мы накрыли его одеялом — он не сопротивлялся, лишь тяжело и часто дышал. Ему было холодно, больно, организм терял жидкость.
Мы дали ему имя Снежок — белой собаке, найденной зимой, это казалось естественным. Аккуратно завернув его в плед, мы отнесли в машину, чтобы согреть. Пёс был истощён, дрожал, но не сопротивлялся, словно понимал, что мы пришли помочь.
Впечатление было сильное: крошечный, беззащитный, обиженный на людей… Казалось, весь мир был против него. Он долго ходил один, люди видели его, но никто не помог, хотя он сам пришёл во двор. Одни боялись, другие называли его агрессивным, хотя проявлений агрессии мы не заметили.
Когда-то он был домашним, но потерял всё — дом, здоровье, уверенность. На улице он пытался найти стаю бездомных собак, но не был принят.
В клинику мы привезли почти истощенную собаку: температура тела была ниже 37 градусов. Постепенно его согрели, подняли давление и пульс.
Снежок пришёл в себя, но не мог есть: челюсть была сломана. Левая и правая половины двигались независимо, анализ крови был плох из-за голода и потери жидкости. Врачи назначили гемотрансфузию. На шее обнаружили оторванный лоскут кожи, который срочно нужно было пришить.
Пёс стойко переносил все процедуры, хотя его возраст был уже старый. В клинике его готовили к операции. Операция длилась два часа: края кожи на шее и спине скрепили хирургическими нитями. После выписки он получал препараты для заживления повреждений и борьбы с инфекцией.
Процесс восстановления был длительным. Сначала восстанавливали кров , затем постепенно вводили питание. Он учился есть, хотя жевать было трудно из-за трещины. Стоимость операции по челюсти была высокой
Первая помощь Снежку была оказана: пришит лоскут кожи на шее и спине. Но полноценная реконструкция челюсти возможна только в нескольких клиниках города. Дополнительно выявили больные коренные зубы — потребовался опытный стоматолог.
Мы нашли врача, но клиника не согласилась работать в долг. Пришлось копить деньги, а воспаление в челюсти росло, кормить его было невозможно. Перелом шёл по центру, стороны двигались отдельно, посередине была щель, из которой вытекала кровы.
Мы готовили ему перетертые супы, промывали щель раствором для инфузий после кормления. На фото красные пятна заменены серым и чёрным. Врач осматривал выбитые резцы — вероятно, причиной стал узкий железный прут.
Снежок был сильно обезвожен, печень и почки страдали. Пока он не ел, мы регулярно делали капельницы.
Пёс понимал человеческую речь — значит, он был когда-то домашним. Добрый, ласковый старичок. На носу была припухлость, рентген показал воспаление мягких тканей. Анализы брали каждые четыре дня для контроля биохимии.
Мы кормили его мягкими консервами, готовили кашу с фаршем, каждый день привозили свежую еду в клинику. Снежок постепенно привык к нам, доверял, хотя был ещё слаб и осторожен.
